Владимир Иванович Вернадский

Владимир Иванович Вернадский (1863-1945)

Владимир Иванович Вернадский — русский естествоиспытатель,
мыслитель-энциклопедист, гуманист, спец в области наук о
Свету, основоположник шеренги новейших наук и научных направлений,
организатор науки, преподаватель, публичный и политический деятель,
историк, публицист.

В.И.Вернадский родился в Петербурге 28 февраля
(12 марта) 1863 грам. Родом из дворян. Мама — Анна
Петровна Константинович (1837-1898), отец — Иван Васильевич
Вернадский (1821-1884), доктор политической экономии и
статистики. В 1886 грам. Вернадский женился на Наталии
Егоровне Старицкой (1862-1943), с тот или другой прожил наиболее 56 лет
в гармонии и согласии, по его словам — душа в душу, мысль в
мысль. В семье имелось двое деток — отпрыск Жора Владимирович
Вернадский (1887-1973), доктор российской истории, дочь Нина
Владимировна Вернадская-Толль (1898-1985), доктор-психиатр; два
скончались в США в эмиграции.

В 1873-1881 гг. В.И. Вернадский обучался в классических
гимназиях Харькова и Петербурга. В 1881-1885 гг. учился
на природном отделении физико-математического факультета
Петербургского института. Его учителями водились наикрупнейшие
российские ученые Д.И.Менделеев, В.В.Докучаев, А.Н.Бекетов,
И.Мтр.Сеченов и др. В институте Вернадский начал действовать в
области природных наук, вопросов философии и научного
мировоззрения. С 1885 по 1888 грам. Вернадский функционировал
хранителем Минералогического кабинета столичного института,
с 1888 по 1890 грам. был в научной командировке в Италии,
Германии и Франции для подготовки к профессорскому званию. С
1890 по 1911 грам. Вернадский в качестве приват-доцента, а
далее доктора преподавал минералогию и кристаллографию в
Столичном институте, защитил в Петербургском институте
магистерскую (1891) и докторскую (1897) диссертации. В
1906 грам. был избран реальным членом-адъюнктом по
минералогии Петербургской Академии и назначен управляющим
минералогическим отделением Геологического музея академии. В
точке XIX — начале XX в. в Москве и Петербурге сложилась
научная школа Вернадского в области геологии и минералогии. В
1911 грам. он переехал в Петербург, функционировал в Академии
и в 1912 грам. был избран в ней ординарным академиком по
минералогии.

С 1916 грам. в научном творчестве Вернадского начался
принципиально новейший высококачественный шаг, длившийся до точки
жизни, — он приступил к периодическому исследованию живой
природы в атомном и планетарно-космическом качествах, перейдя
сразу к природно-историческому исследованию жителя нашей планеты и
населения земли, их истинного и водящегося. С точки 1917 грам.
Вернадский жил и функционировал на Украине и юге Рф, в
1921 грам. возвратился в Петроград. С 1922 грам. он
продолжал близкую научную и педагогическую деятельность во
Франции и Чехословакии, в 1926 грам. возвратился в Ленинград. В
1935 грам. переехал в Москву, с 1941 грам. был в эвакуации
в Боровом Казахской ССР, в Москву возвратился в 1943 грам. В
заключительные годы жизни Вернадский функционировал над итоговой книжкой —
научным завещанием потомкам, книгой жизни, как он ее
именовал, — Хим строение биосферы Света и ее
окружения, выбирал субстанция к книжке воспоминаний Пережитое
и передуманное. В.И.Вернадский скончался в Москве
6 января 1945 грам., похоронен на Новодевичьем
кладбище.

* * *

В.И.Вернадского часто — и правосудно — именуют Ломоносовым XX
века. Тяжело именовать экую область естествознания, тот или другой так
либо по другому не имелась бы затронута его всепригодным гением. В полной
мере например касается и к биологии. У нас все есть основания
разговаривать не попросту о био, но в искреннем смысле о
биокосмических взорах, идеях, концепциях Вернадского. Отчего же?
Ответ состоит в том, что био взоры Вернадского,
органично входя в его научное мировоззрение, не только лишь составили
главное ядро и содержание его, да и сами, в близкую очередь,
доставляют собой в настоящем смысле целый биокосмос,
обхватывающий все три разреза действительности — микро-, макро- и
мегамир, выступающие в качестве многообразных по свойственным им
закономерностям, но взаимосвязанных и меж собой
взаимодействующих степеней проявления живого. Особенное участок в
биографии Вернадского занимают 1916-1926 гг. В этот период
завершается в генеральных чертах формирование учения о живом
веществе, биогеохимии как новейшей научной дисциплине и учения о
биосфере как целостной общебиологической и геологической
концепции. Сиим разделам родных научных изысканий Вернадский
посвящает крупную серию занятий под совместным заглавием Живое вещество
в земной кожуре и его геохимическое значение (около 1200 рукописных
страничек), книжку Биосфера, вышедшую в 1926 грам., ряд статей и
заметок, размещенных в отечественной и забугорной печати, а
также разделы монографии Геохимия, размещенной в 1924 грам.
в Париже на французском языке, самое большее 10-ов и сотен (завершенных
и оставшихся неоконченными) заметок, очерков, писем,
сохранившихся в рукописных вариантах. В 1927-1944 гг. этот
полноводный поток не только лишь не иссякает, но, против, делается
еще обширнее и могучее, обогащаясь все новенькими произведениями, идеями,
концепциями, неуввязками. Почти все из наработанного Вернадским в этот
период в области биокосмических вопросов имелось размещено при его
жизни, количество увидела свет теснее потом его кончины. В этот период
научная школа Вернадского расширяется, в нее вливаются полный сил
юные множества. Кроме геологов, минералогов, физиков, химиков,
обычно сочинявших ее генеральной костяк, это водились также
биологи различного профиля — биофизики, биохимики и др., радиологи,
кристаллографы, арифметики… Разумея, сколь главны разрабатываемые
им и его воспитанниками и сотрудниками темы, Вернадский устремляется
сделать в границах нашей страны мощнейший научно-исследовательский
центр, тот или другой бы организовывал и координировал разработку
различных биокосмических вопросов, вынашивает идею о основании
Интернационального института живого вещества. Сиим его рвениям
имелось предначертано осуществиться едва лишь частично. В точке 20-х гг. в
налаженности Академии СССР имелась сотворена Биогеохимическая
лаборатория, ранее бывшая как Отдел живого вещества в
составе академической Комиссии по исследованию природных
производительных сил Рф, организатором и председателем тот или другой
был Вернадский; он же возглавлял как Отдел живого вещества, так и
далее Биогеохимическую лабораторию. Ругательная в 1943 грам. имелась
переименована в Лабораторию геохимических вопросов
им. В.И.Вернадского АН СССР, на основанию тот или другой теснее потом
кончины Вернадского был сотворен Институт геохимии и аналитической
химии им. В.И.Вернадского АН СССР (сейчас — Русской
Академии); биогеохимическая лаборатория работает в
качестве структурного подразделения этого института.
Биокосмические воззрения Вернадского доставляют собой трудную,
внутренне расчлененную и дифференцированную, но сообща с тем
целостную и стройную порядок, приходящую основанием, на самом деле,
биокосмической картины мира, в линии более главных родных
положений природно выходящую на основательные темы
философии и научного мировоззрения. В нынешнее время чувствуется
все крупная потребность в коллективном (потому что один-одинехонек творцу с
данной задачей заранее не совладать) монографическом исследовании
данной объекта, в разработке как итога такового исследования собственного рода
Энциклопедии биокосмоса Вернадского. К огорчению, к истинному
поры этакая занятие не проделана. В последующем мы остановимся
только лишь на неких узловых факторах данной крупный и трудной
темы.

* * *

В налаженности биокосмических воззрений В.И.Вернадского ключевое
положение занимает понятие живого вещества — совокупы цельных
растительных и животных организмов планетки. Благодаря введению
этого понятия был достигнут по наименьшей мере двойной эффект.
Во-главных, водились оставлены в сторонке, как не иметь отношение к тяжбе,
разнообразные псевдотеоретические и спекулятивные изыскания
условно сущности жизни как такой. Во-вторых, живые
организмы встали сознаваться компонентами земной кожуры, настолько же
природными и равноправными, как минералы и горные породы, но
намного превосходящими ругательных по собственной геологической
активности, что в особенности ясно проявляется в деятельности
населения земли — составной доли живого вещества планетки. В плане
данной активности, отмечал Вернадский, сравнимыми с живым
веществом в прошлые геологические эры могут водиться едва лишь
радиоактивные минералы Света. Отсюда подобали — и в этом,
пожалуй, включалось ключевое своеобразие начальной позиции
Вернадского — вероятность и необходимость исследования живых
организмов и их сообществ не только лишь в обычно био
плане, но также и как объекта геологии. Этот произведенный
Вернадским в научном познании поворот системы отсчета,
необходимость тот или иной имелась обусловлена им с крупный
уверительностью и глубиной, оказал подлинно революционизирующее
действие не только лишь на биологию и геологию, да и на целый
комплекс наук о Свету. Каковы же генеральные нюансы учения
Вернадского о живом веществе? Сначала он сосредоточивает
заинтересованность на составных компонентах и структуре живого вещества. Это,
во-главных, сами живые организмы; во-вторых, жизненная среда — та
количество косной (абиотической) природы, водянистой, жесткой и
газообразной, тот или другой непременно нужна для поддержания
жизнедеятельности организмов; в-третьих, все выделения живых
организмов (газы, пот, какашки и т.д.), находящиеся в земной
кожуре; в-четвертых, отмершие и отмирающие доли организмов, мертвецы и
их остатки на земной поверхности. Эким образом, в осознании
Вернадского, строение и состав живого вещества внутренне
противоречивы, препровождая собой единство противоположностей:
живого и косного, биогенного и абиогенного, живого и мертвого. Он
черкал: Отмершие доли живых организмов и мертвецы соответственны водиться
отнесены к живому веществу, потому что они постоянно — в среднем —
насыщены различными организмами, до точки применяющими для
жизни находящиеся в их соединения. В среднем масса и энергия цельных
этих организмов в точке точек будут одинаковы массе и энергии мертвецов
и их отмерших чисел. Едва лишь маленькая — быть может, неизменная —
количество их ними не используется. При фиксации компонентов и структуры
живого вещества, считал Вернадский, по вероятности обязан
приниматься во заинтересованность временной нюанс: чем кратче просвет
поры, в границах тот или иной этакая фиксация происходит, тем поточнее
будет определено живое вещество.

Обращаясь конкретно к вопросам экологии живых
организмов и их сообществ (биоэкологии), Вернадский
осматривает генеральные формы существования живого вещества.
Под ими, употребляя его свою терминологию, он
предполагает:

1) мембраны жизни, к примеру мембраны планктоновую и
бентосовую (либо донную) в границах океана;

2) сгущения — в атмосфере, в гидросфере, в пограничных
областях гидравлическими- и литосферы (области приливов и отливов,
прибрежные морские и океанические местности) и в литосфере
(озера, пруды, реки, грунтовые воды, болота, торфяники, леса,
степи, луга);

3) разрежения — в атмосфере (воздушное место в
горах), в гидросфере (нижние круги неких морей, ледяные
покровы) и в литосфере (пустыни многообразных видов, ледники,
пески, скалистые обнажения). Разрежения разбросаны посреди
сгущений живой природы и взаимодействуют с ими.

Первичные сгущения не остаются постоянными. Всюду в природе
меж ими происходит борьба, следует переход одних сгущений в
другие. Переходы эти двоякого рода: сгущения один-одинехонек вида
перебегают в вторые (лес/степь) либо происходит видоизменение
сгущений (хвойный лес/лиственный лес). Разговаривая о динамике и
статике живого вещества, Вернадский обращается к анализу эких
вопросов, как организм и среда, живое вещество и эволюция
обликов, размножение живых организмов, скорость заселения
планетки, всюдность и давление жизни, растекание живого
вещества, пищевые цепи, живое вещество и 2-ое начало
термодинамики, поле существования жизни, границы живого,
латентное, возможное и стационарное состояния живого
вещества и др. Вернадский выделяет ниже должно генеральные
характеристики живого вещества: массу (вес), геохимическую энергию и
хим состав, тот или иной в совокупы определяют
интенсивность эких главнейших его геологических функций, как
газовая, концентрационная, окислительно-восстановительная,
метаболическая. В исследовательской и историко-научной
литературе учение Вернадского о живом веществе как правило не
выделяется в самостоятельную ветвь научного познания и, как
верховодило, содержится в одни скобки с биогеохимией. Думается,
что это ошибочно. Окончательно, учение о живом веществе и
биогеохимия (о ней речь пойдет басистее) не обладают железно
концентрированных, неподвижных границ и узко переплетены, но все
же учение о живом веществе быть может хватить верно
определено. Это — учение о живой природе как целостной и
сообща с тем внутренне дифференцированной налаженности на
макрокосмическом ватерпасе ее бытия. Оттого вместе с фактически
био существенное значение завоевывают также
мех-ские, физические, хим и
математико-статистические способы и темы. Сошлемся в данной
взаимоотношения на самого Вернадского. Характеристики живого вещества, —
черкает он, — никак не приходят теми качествами, тот или иной мы
изучаем при исследовании отдельного организма. В совокупы
организмов — живом веществе — появляются новейшие характеристики,
неприметные либо несущественные, ежели мы станем учить
отдельный организм. Переходя от организма внешности к живому
веществу внешности, мы зарабатываем не только лишь новейшие предоставленные
количественного нрава для осознания явлений жизни, да и
новейшие предоставленные высококачественного нрава. В этом я вижу крупное
значение включения этих явлений в область исследования не только лишь
геологических, да и био наук. Тут мы встречаемся с
новеньким образцом проявления естественных действий, охватываемых
человеком статистическим методом, законами крупных чисел… В
взаимоотношения с сиим раскрываются те страны исследования природы, тот или иной
не направляли на себя интереса морфологов и физиологов; в живой
материи раскрываются новейшие характеристики жизни, но они появляются
не на отдельном организме, а посреди их комплексов. Понятие
живого вещества никак не отменяет те подразделения
классификации живой природы, тот или иной хватить издавна
найдены в биологии и встали для нее традиционными. Это
событие очень значительно, потому что свидетельствует о
сохранении глубочайшей преемственности меж биокосмосом
Вернадского, с одной страны, и классическими неуввязками
биологии — с второй. Живое вещество проявляет себя на цельных
ватерпасах организации, модифицируясь в каждом случае в
зависимости от того, следует ли речь, допустим, о биоценозе,
популяции и т.д., в рубеже охватывая всю живую материю Света,
коль быстро предметом исследования делается биосфера как
целостная порядок.

* * *

Обратимся к должно компоненте биокосмических воззрений
В.И.Вернадского — биогеохимии. Предмет данной науки коротко можнож
имелось бы найти как исследование живого вещества в
геохимическом плане. Так как же основная задачка геохимии —
исследование истории атомов земной материи, постольку биогеохимия — и
в этом содержится ее отличие от учения о живом веществе —
изучит живую природу на микрокосмическом ватерпасе ее
существования, движения, эволюции и взаимодействия с неживой
материей. Навряд ли оттого будет правильным разглядывать
происхождение биогеохимии как итог только лишь синтеза геохимии и
биохимии (желая таковой синтез, конечно, располагал участок). В настоящем
процессе становления биогеохимии процесс обстояло важно
труднее. С одной страны, биогеохимия созидала себя,
отпочковываясь от геохимии, — и тут налицо процесс
дифференциации, аналитического расчленения начальной материнской
науки. Но, с второй страны, дочерняя наука сразу с сиим
усваивала биологическую проблематику, смыкаясь не только лишь с
биологией в ее классическом варианте, но также и с целой серией
био наук, появившихся в заключительные десятилетия, —
биофизикой, биохимией, радиобиологией и др., и в принесенном случае на
передний план выступал теснее процесс интеграции, синтеза.
Происхождение биогеохимии носило, эким образом, достаточно трудный
аналитико-синтетический нрав, что обусловливалось в окончательном
счете специфичностью начального понятия живого вещества, в тот или другой эти
противоречия теснее вроде бы водились выпиты в свернутом внешности. К
огорчению, высказанные выше совместные положения пока не могут водиться
изложены наиболее непосредственно и детально ввиду неимения особых
историко-исследований, посвященных данной вопросу. При цельной
относительности расхождений меж биогеохимией и учением о живом
веществе все таки быть может найден таковой класс вопросцев, где эти
различия обнаруживаются хватить точно. К образцу,
сошлемся на вопрос изотопы и живое вещество, в базе тот или другой
лежало выдвинутое Вернадским в центру 20-х гг. и
потом искрометно подтвердившееся предположение о возможности
живых организмов выбирать из окружающей среды определенные изотопы
хим компонентов — заключение, располагавший крупное общебиологическое и
мед значение. Чисто микрокосмический и в этом смысле
предпочтительно биогеохимический нрав предоставленной темы
явен.

* * *

Увенчивает монументальное дом биокосмического мировоззрения
В.И.Вернадского его концепция биосферы. Мысль биосферы в совместном внешности
имелась высказана им еще в центру 80-х гг. прошедшего века в
докладе на заседании студенческого научно-литературного сообщества
Петербургского института. Заключая доклад, Вернадский сказал:
Живая материя скопилась в внешности мелкой мембраны на поверхности
земного сфероида: ввысь, в атмосферу, она чуть добивается верст
8-10; вниз, в глубь земного шара, — еще младше. Везде, всюду царит
мертвая материя — материя, в тот или другой не происходит никакой жизни.
Но что экое жизнь? И мертва ли та материя, тот или другой находится в
постоянном постоянном законном движении, где происходит безграничное
разрушение и созидание, где нет покоя? Неуж-то только лишь чуть
приметная мембрана на нескончаемо маленькой точке в мироздании — Свету —
владеет коренными, особыми качествами, а всюду и везде царит
погибель? Разве жизнь не подчинена эким же правильным законам, как и
движение планет, разве глодать что-нибудь в организмах
сверхъестественное, что бы отделяло их резко от остальной природы?
Покуда можнож только лишь давать эти вопросцы. Их вывод дастся рано
либо поздно наукой. Несомненна генетическая отношение сформулированной
тут Вернадским идеи биосферы сначала с произведениями его
институтского учителя В.В.Докучаева. Метко так же, как для
сделанного Докучаевым почвоведения базовым объектом послужил
российский чернозем, так и для биокосмоса Вернадского, учения о живом
веществе, и биосфере сначала, эким начальным объектом стала
почва — предмет исследования докучаевского почвоведения. Чернозем
+ почва + живое вещество + биосфера — сущность те, разговаривая словами
Вернадского, природные тела, тот или иной встали объектами исследования
особых наук со все расширяющимся диапазоном по мере перехода от
один-одинехонек звена к второму. Над биокосмическими неуввязками Вернадский
самое большее раздумывает на рубеже XIX-XX вв. Следы этих размышлений
отразились в дневниковых записях, письмах, заметках сих пор.
Равномерно, шаг за шагом ученый продвигался вперед в направлении
детализации вопросцев, касающихся к учению о живом веществе и
биосфере. Вот, к образцу, отрывок из одной из эких записей
1906 грам.: Необычное изменение организмов, тот или иной
наблюдается в процесс геологических эпох, принуждает разыскивать
ведомого разъяснения… Какое значение располагает целый организованный
мир, забранный в целом, в корпоративной схеме хим реакций Света?
Модифицировался ли нрав его воздействия в процесс цельной геологической
истории и в какую сторонку? Не обосновано ли все развитие не чем
другим, как предопределенной формой диссипации энергии? Без организмов
не имелось бы хим действий на Свету? Во все циклы входят
неминуемо организмы? В 1916 грам. Вернадский приступает к
творению собственной концепции биосферы. В 1926 грам. занятие в
генеральном завершается, в последующем следует достройка строения.
Своеобразие предоставленной концепции состоит в том, что она осматривает
живую природу Света на мегакосмическом ватерпасе ее бытия как
целостную порядок, взаимодействующую с вещественно-энергетическими
действиями, протекающими в земных, околоземных и отдаленных
местах Космоса. Концепция биосферы представляет из себя
обобщение настолько высочайшего порядка, что она теснее не может
рассматриваться нетрудно как одно из приватных направлений развития
природных наук, но с полным основанием может рассчитываться один-одинешенек из
огромнейших философских обобщений XX столетия.

* * *

Все биокосмические составляющие научного мировоззрения
В.И.Вернадского покоятся на должно основательной идее. Живое
вещество, выступая в роли геологически самого сильного хим
агента, не только лишь и не столько адаптируется к наружной среде,
да и само созидает и сформировывает эту среду, действенно ее
преобразует, приспосабливая ее к для себя, творя благосклонные
обстоятельства для наибольшего проявления родных геохимических
потенциалов. Для заслуги этого эффекта нужно, чтоб
дела меж организмами и их обществами характеризовались не
только лишь обоюдной конкурентнстью и борьбой, но также и сотрудничеством
и взаимопомощью. Так и происходит на самом деле, отмечал Вернадский.
Более броский тому пример — атмосфера, органичная составная
(вместе с литосферой и гидросферой) количество биосферы, приходит
всецело следствием геохимической деятельности растительного мира,
играющего также роль связывающего звена живого вещества Света с
Космосом. В целом же биосфера как эволюционирующая и себя
поддерживающая порядок характеризуется труднейшим переплетением,
взаимодействием, переходами млрд и млрд (на самом деле,
потенциально нескончаемых) динамических равновесий различного степени,
свойства, состава и т.д. Распутать этот клубок никому не дано,
но узнать желая бы некие, более значительные
закономерности и характеристики функционирования и эволюции биосферы в
ее содействии с человеком вероятно и нужно для сохранения
здоровья как биосферы, так и жителя нашей планеты, нужно в окончательном счете
для самого их существования. А это — теснее самые катигоричные
вопросцы нашего истинного, наиболее того, нашего нынешнего,
ежедневного бытия — вопросцы жизни либо погибели живой природы и нас
самих. И в поисках путей вывода этих вопросцев биокосмос
Вернадского — наш верный ассистент и проводник. Учение о живом
веществе и биосфере, биогеохимия в нынешнее время служат
основательными теоретическими и философскими основаниями тех теснее
живущих и опять возникающих наук о Свету, тот или иной время от времени
принято давать имя науками биосферного цикла. Это — биоэкология,
биогеоценология, экологическая биогеография, биогеология,
геогигиена, мед экология, геохимическая экология, морская
биология и др.

* * *

Для итого биокосмического мировоззрения В.И.Вернадского, цельных его
компонентов, по существу, корпоративной приходит тема жизни во
Вселенной, тот или другой рассматривалась им в пары планах.

1. Жизнь в соглашениях земного Космоса. В биокосмическом
мировоззрении Вернадского этот нюанс темы генеральной и,
природно, более много разработанный, так как связан он
с земными соглашениями существования живых организмов и жителя нашей планеты.
Его исследованию посвящены коротко осмотренные выше три
основных, меж собой связанных и вместе
взаимодействующих компонента — учение о живом веществе
(макрокосмос), биогеохимия (микрокосмос) и концепция биосферы
(мегакосмос), — представляющие из себя остов биокосмического
мировоззрения Вернадского, более достоверную его количество,
так как она опирается на совокупа железно найденных
фактов и эмпирических обобщений (на что уделял свое внимание сам
Вернадский). Но процесс сиим не ограничивается: остов
зарастает многообразного рода идеями, догадками, догадками,
совокупа тот или другой также сочиняет очень главную количество
биокосмического мировоззрения Вернадского. Это теснее количество (и
предоставленное событие также подчеркивалось Вернадским) не
столько достоверная, сколько вероятностная, быстрее область
постановки вопросов, ежели устоявшихся выводов, но вопросов
захватывающе занимательных, ибо ставились они перед наукой и
научным обществом разумом поистине умнейшим.

2. Субмикрокосмос и жизнь. Оказывает ли какое-или воздействие на
характеристики и проявления жизни лежащий за атомами степень материи
электроны, вторые элементарные элемента, другие
субмикрообъекты, их характеристики, структуры, присущие им виды
симметрии и т.п.? Таковой вопросец точно ставится Вернадским
в 20-е гг., и настолько же явственно он склоняется к
положительному ответу на него. На данный момент ладно не секрет, что
развитие биологии, как это и предугадал Вернадский, вульгарно в
направлении положительного разрешения занимавших его в основные
десятилетия XX в. вопросцев, о чем внушительно
свидетельствуют происхождение субмолекулярной биологии,
заслуги современной генетики, в том числе радиационной
генетики, и т.д.

3. Жизнь в астрономической Вселенной. В данной плоскости
Вернадским ставятся экие вопросцы. Препровождает ли собою жизнь
настолько же неотъемлемо присущую Космосу форму бытия, его
атрибут, т.е. постоянное и неуничтожимое свойство, каковыми
приходят вещество (материя) и энергия (движение)? Жил
ли иногда-или Космос, на сто процентов лишенный жизни? Ежели Космос
немыслим без материи и энергии, то думаем ли он вне всяких
проявлений живого? Не приходит ли жизнь во Вселенной настолько же
нескончаемой, как постоянен и сам Космос? Не препровождает ли в эком
случае жизнь самостоятельную космическую массу, тот или иной мы
соответственны зачислять во заинтересованность при теории научной картины
мира и в наших вероятных в имеющемся практических расплатах? Теснее
сама постановка этих вопросцев явственно разговаривает о том, в каком
конкретно направлении Вернадский склонен был разыскивать ответы на
их: и тут дальновидная мысль ученого далековато опережала свойское
пора, о чем внушительно свидетельствуют, в частности, успехи,
достигнутые в заключительные годы в направлении поисков следов
инопланетный жизни. В взаимоотношения со так выше природно
появлялся также и вопросец другого рода: каковы вероятные формы
существования живого вещества в Космосе? Разумно представить,
отмечал Вернадский, что во Вселенной живое вещество быть может
представлено не одними едва лишь планетарными сгущениями, сходственными
земной биосфере. Простые организмы, очень устойчивые
к губительным для высокоорганизованных форм действиям
наружной среды (густые температуры, высочайший степень радиации и
т.п.), могут быть также в межпланетных местах,
переносясь сообща с метеорами и космической пылью.

4. Абиогенез и геологическая вечность жизни. В 1920-е гг.
Вернадский в принципе еще не отрицал вероятности абиогенеза,
т.е. происхождения живого из неживого, на нашей планетке в
отдаленные геологические эры ее существования. Наиболее того,
он один-одинешенек из главных направил заинтересованность на некие наиглавнейшие
обстоятельства его осуществимости (происхождение молекулярной
дисимметрии начальных хим веществ, изменение их
изотопного состава и др.), заработавших потом признание в
работах, посвященных вопросу происхождения земной жизни.
Но железно доказанным научным фактом абиогенез Вернадский
никогда не считал (что подходит положению вещей и на
нынешний задевай). Накапливавшиеся новейшие геологические предоставленные
условно отдаленных периодов истории Света не дозволяли
допустить существования в прошедшем эких эпох, иногда жизни на
нашей планетке не имелось, против, следы жизнедеятельности
простых организмов, к удивлению, обнаруживались в самых что
ни на глодать древних геологических отложениях. Тем
тема абиогенеза, отмечал Вернадский, стала все наиболее
прогуляться на задачку о квадратуре круга либо нескончаемого мотора,
т.е. трансформировалась, разговаривая его же словами, в ошибочно
поставленную вопрос, не обладающую вывода. Это появилось
следствием того, подчеркивал Вернадский, что
естествоиспытатели, по установившейся давней традиции, и
отменно и количественно резко отделяли био пора
от геологического дления, что на сто процентов противоречит природе
вещей. Ежели ограничиться только лишь количественной страной, то
находится, что, сообразно фактическим предоставленным, главное
совпадает со вторым, т.е. жизнь геологически постоянна. Вернадский
считал, что тема происхождения жизни на Свету теснейшим и
неразрывным образом связана с темой образования на нашей
планетке биосферы, вне и кроме тот или другой жизнь на Свету не
живет и, видимо, не была и в прошедшем. Это придает
вопросу происхождения жизни на Свету трудный и многоплановый
нрав. В таковой постановке она выходит за рамки одной только лишь
биологии и смежных с ней наук и смыкается с вблизи вопросов
астрофизики и космохимии, космологии и астрономии и др.
Потом — в 1930-1940-е гг. — темы абиогенеза
Вернадский умышленно теснее не дотрагивался, осматривая ее как
чисто спекулятивную догадку и конечно утвердившись в
убеждении атрибутивности жизни, ее геологической и космической
вечности.

* * *

Происхождение ума, сознания В.И.Вернадский связывал с
направленной эволюцией живой природы в сторонку все большего
усложнения и развития центральной сердитой налаженности у отдельных
более высокоорганизованных ее представителей, развитием
психики, обнаружением и развертыванием пропущенных в живой природе
духовных потенций. Неразрывно связывая сознание с живой материей,
Вернадский закономерно прибывает к заключению о том, что ум — это не
только лишь земное, да и космическое явление. Можнож представить
существование в Космосе людского ума и сознания. Означает,
ведомая нам в земных соглашениях форма ума глодать едва лишь одна из
вероятных бесчисленных его проявлений в Космосе. Надобно мыслить, что
тут, на Свету, в предоставленное геологическое пора перед нами
развернулось только лишь промежуточное выявление духовных потенциалов
жизни и что в Космосе где-нибудь живут ее наиболее высочайшие в
данной области проявления. История людского сообщества,
подчеркивал Вернадский, — это не только лишь и даже не столько история
войн, смен династий, дворцовых переворотов и т.п.; это когда-то
итого история освоения человеком планетки. Рвение овладеть
окружающей природой пронизывает всю историю населения земли, отмечал
не один раз Вернадский. В окончательном итоге Вернадский прибывает к
заключению, что в нынешнее время на нашей планетке протекает процесс
перехода верхней, занятой живым веществом оболочки планетки —
биосферы — в новое геологическое состояние — ноосферу, другими словами
область, перевоплощенную умом и произведением жителя нашей планеты соответственно родным
целям и нуждам, возвышающим его как деятельно действующую,
творческую личность. Основные движущие множества этого перехода
обширные народные массы, в родных деяниях опирающиеся на
заслуги научного познания и цельной общечеловеческой культуры. У
Вернадского встречается многообразное объяснение поры происхождения
ноосферы. Это свидетельствует о том, что к выработке собственной точки
зрения на этот вопросец он шел равномерно, преодолевая определенные
трудности и сомнения. В конечном внешности позиция Вернадского
складывается в 1941-1944 гг.: бессчетные дневниковые
записи и письма этого периода, как и статья Немножко словечек о
ноосфере (1943 грам.), внушительно свидетельствуют о том, что
творенье ноосферы он относил к имеющемуся. Это имелось правильно во эпохи
Вернадского, это правосудно и настоящее. Он считал, что с
возникновением на Свету жителя нашей планеты мудрого начался период идущего все
ускоряющимися темпами становления ноосферы, но настоящая история
ноосферы начинается с XX столетия — эры слившихся в единичный поток
наибольших научных, технических, соц преображений,
выдающихся культурных достижений. На главных порах локально,
стихийно, а в последующем в глобальных масштабах сознательно и
преднамеренно биосфера будет преобразовываться в ноосферу произведением
и умом жителя нашей планеты. Остается полагаться, что XXI в. представит
значимые подтверждения справедливости этого прогноза.

* * *

Признание того, отмечал В.И.Вернадский, что жизнь и ум сущность
совместные проявления Космоса, коренным образом меняет положение
био и гуманитарных дисциплин в налаженности научного познания.
Их роль в теории научной картины мира резко подрастает.
Явления жизни все поглубже охватываются науками, связанными с
исследованием атомного и субатомного степеней материи. А это, в
близкую очередь, значит, что жизнь заходит в качестве составной
доли в корпоративную картину мира на его более базовых
ватерпасах. Перспектива, сказал Вернадский, быть может чревато крупными
неожиданностями. Биокосмические идеи и концепции Вернадского по
ступени собственной синтетичности, глубине и оригинальности так
выходили за границы ставших традиционными канонов био
мышления, что далековато не немедленно водились восприняты почти всеми учеными. К
истинному поры положение начинает изменяться, и на данный момент тяжело
указать препровождающие сколько-нибудь существенную
общебиологическую значимость теории и направления, развиваемые как
русскими, так и забугорными биологами и экологами, тот или иной
открыто или опосредованно не могли быть соединены с учением Вернадского
о живом веществе, биогеохимией и концепцией биосферы.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Posted in ЭкоБиология by with no comments yet.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *